4 Mizuno

3 Puma

2 Onitsuka Tiger

1 Reebok

Безымянный

Картина была бы неполной без всеохватывающего мега-превью новинок 2014 года.
Журнал Sneaker Freaker по-прежнему можно купить не только на www.ozon.ru, в лучших сникер-магазинах России и в сети магазинов Республика в Москве.
www.sneakerfreaker.ru

Sneaker Freaker всегда чувствовал дух времени и менялся в духе времени, предугадывая новые, будущие тренды в мире сникер – и стрит-культуры.

SF11_puma_cover

SF11_adidas_cover

SF11_puma_cover-tile

sneaker-freaker-blaze-of-glory-sneaker

sneaker-freaker-blaze-of-glory-sideon

sneaker-freaker-blaze-of-glory-shark

sneaker-freaker-blaze-of-glory-logo

sneaker-freaker-blaze-of-glory-heels

sneaker-freaker-blaze-of-glory-black

SHARK-ATTACK-SNEAKER-FREAKER-BLAZE-OF-GLORY-PART-II-new

puma-sneaker-freaker-sharktooth

puma-sneaker-freaker-shark-grey-sneaker

puma-sneaker-freaker-shark-grey-glory

blaze-sneaker-freaker-shark-grey-sole

blaze-sneaker-freaker-shark-grey-side

blaze-sneaker-freaker-shark-grey-6

Sneaker Freaker выпустит обувь в нашем интернет-магазине на www.sneakerfreaker.com в субботу, 23 ноября, в то время как Дата выпуска в магазине — 30 ноября.

Когда Пума недавно подошла к нам с идеей в честь 5 летнего юбилея, о переиздании Great White and Black Beast, мы в течение секунды были абсолютно ошеломлены, но уверяю что мгновенно пришли в себя – о таких предложениях долго не думают.
Это – один SF colab, который свел людей с ума с первого дня и сводит до сих пор. Назовите нас эгоистичными, но мы также должны признать, что хотели бы новую пару (и не одну) как никто другой!
Сразу признаемся что новый коллаб будет еще интереснее предыдущего, уже разработана специальная упаковка и мы добавили несколько дополнительных сюрпризов, что именно пока не скажем – пусть это для вас будет приятным сюрпризом! Мы не могли не сделать несколько незначительных поправок к кроссовкам, отчасти потому что мы могли это сделать, но также и потому что мы не хотели путаницы между старым и новым коллабом.
Драгоценный Акулий Зуб все еще там, но на socklining теперь нанесена цветная маркировка соответствия. Мы также добавили производительность внутренней стельки для комфорта. Как дань кожаными ремешками из акулы на OG, был использован слегка морщинистый нубук.
Мы даже оставили фтор pink pop нетронутыми OG на черной OG, которая была ошибкой, сделанной в ходе процесса отбора проб.
Некоторые ошибки неожиданно прекрасны!
Таким образом, теперь у Вас есть возможность получить легендарные SNEAKER FREAKER BLAZE OF GLORY PART II.
Мы все еще столь же удивлены, как без сомнения и вы!
Благодаря Brook, Bob and Jon @ Puma всей их помощи, это все вместе очень, очень красиво и действительно очень здорово, хотя мы должны предупредить вас… тебе понадобится действительно большая шлюпка!

Как вы начали? Почему BOOST?

Другие преимущества?
BOOST не чувствителен к теплу и холоду. Это позволяет обуви оставаться в хорошем состоянии, независимо от того, бегаете ли вы знойным летом или холодной зимой. При 120 градусах, как правило, обувь начинает портиться. BOOST остается таким же при 120 градусах тепла и минус 4 градусах. Именно эти параметры использовались для тщательного и экстремального тестирования. Другое преимущество состоит в том, что не происходит никаких изменений во время ношения обуви, то есть ощущения остаются одинаковыми, что после 1 мили, что после 1000 миль.
У меня есть пара кроссовок, в которых я пробежал более 550 миль, и они выглядят хорошо, хотя нижняя часть подошвы немного стерлась!

Кажется, что простота занимает ключевое место.
Думаю, что основной целью было упростить беговую обувь. Мы убрали все лишнее, взяли и упростили наш подход. Средняя часть подошвы, кроме крепления, которое присоединяет верхнюю часть подошвы к средней, изготовлена из материала BOOST. Так и должно быть. Это правда. Текстильный верх, выполненный по технологии TECHFIT, такой же инновационный, как и подошва. Идея состоит в том, чтобы обеспечить плотное облегание, которое полностью адаптируется. У нас был случай, когда люди с бурситами на ногах, искривлением пальцев ног и прочими отклонениями говорили о том, что в данной обуви чувствуют себя намного лучше, чем раньше. То есть обувь позволяет ощущать то, что находится под ногой. Технология TECHFIT — это воздухопроницаемый сетчатый материал с «силовыми кольцами» на верхней части кроссовок, обеспечивающий точечную поддержку и при необходимости стабилизирующий стопу при движении.
Почему для подошвы BOOST выбран белый цвет?
Мы работаем над различными композициями для придания цвета подошве. Нам важно, чтобы кроссовки были привлекательными. Если бы мы нанесли краску, то подошва потеряла бы свою привлекательность и не была бы похожа на пену. Возможно, в будущем подошвы будут цветными.
Будет ли технология BOOST использоваться в других категориях?
Думаю, что уникальность этого материала состоит в том, что это он подходит для некоторых видов спорта. Я не знаю, что говорят другие, но когда мы внедрили технологию BOOST в баскетбольные кроссовки, то на каждый вопрос был уже ответ о том, как этот материал функционирует и что это даст в баскетболе, теннисе или даже в футболе.

Журнал Sneaker Freaker

Через несколько лет Дуэйн перешел в Nike,  а потом в Jordan, где ему выпала редкая часть придумывать дизайн для самого Майкла Джордана.

Имея на своем счету более 500 моделей обуви и 30 патентов, Дуэйн мог бы на этом завершить свою карьеру. Но, демонстрируя свой опыт и то, как далеко он ушел от родного Инглвуда, он решил оставить гораздо более заметный след в индустрии, чем все его работы по дизайну вместе взятые.

Pensole — это его личный ответ. Pensole — это первая в своем роде в США полноценная академия  дизайна кроссовок, где обучение происходит весьма интенсивно. Это среда тренировочного лагеря, где преподавателями являются лучшие «мозги» обувной индустрии.

Мы встретились с Дуэйном, чтобы узнать, как Pensole помогает следующему поколению войти в большую лигу.

Ты действительно хотел стать дизайнером кроссовок или такой выбор карьеры стал случайностью?

Вовсе это не случайность! Я вырос в Инглвуде, в беспокойной части Лос-Анджелеса. Я стал фанатом кроссовок еще до того, как появилось такое понятие.

В старших классах школы я перекрасил Air Force 1 в белый цвет, чтобы они подходили к моей баскетбольной форме. Я был NIKEiD в 1986 году! В течение всей моей учебы я хотел работать в Foot Locker, чтобы поддержать мое увлечение кроссовками, но они меня не взяли. Они не знали, что годы спустя будут закупать мои кроссовки. В поисках другой работы я наткнулся на объявление о конкурсе дизайна в Reebok. Я принял участие и выиграл, но мне было всего 17, а они ожидали увидеть кого-то постарше и попросили вернуться, когда я закончу колледж. Я спросил их, в какой колледж мне поступить, чтобы стать дизайнером обуви, и они сказали, что не знают. Тогда я начал думать о том, чтобы в будущем создать cвою школу дизайна. Я был разочарован, когда Reebok меня не взяли, но это дало мне мотивацию доказать им, что они совершили ошибку.

Им же хуже, поскольку через некоторое время ты уже работал в LA Gear, не так ли? Каково это было и что вообще там творилось? Реклама с Хизер Локлир в этих протертых джинсах до сих пор разбивает мне сердце!

Хизер была крутая, но мне больше нравилась Вэнити (протеже Принса и вокалистка группы Vanity  6). Она бы влезла в эти джинсы гораздо лучше, чем Хизер. На самом деле я начинал в LA Gear как офисменеджер финансового отдела. Меня не брали дизайнером, пока не прошло полгода, в течение которых я каждый день отдавал им по одному эскизу дизайна кроссовок — всего их было 180. Владелец компании Роберт Гринберг взял меня почти сразу после моего  19-го дня рождения. Я до сих пор не могу в это поверить, но так и было — я, молодой черный парень из Инглвуда, воплотил свою мечту, став самым молодым профессиональным дизайнером обуви в индустрии. Роберт увидел во мне больше, чем я сам в себе видел, и с первого же дня посадил меня за работу. Это  был невероятный опыт, потому что я познакомился  с двумя принципами, которые повлияли на всю мою  карьеру дизайнера и преподавателя. Первый из них  — «учись в процессе». Так как у меня не было об-разования в области дизайна, я всему учился по ходу  работы. Это было здорово, потому что каждый день я был в школе, но мне за это платили. Я обнаружил,  что так учишься гораздо быстрее и получил больше  знаний. Второй принцип — «относись к дизайну так, как актер относится к роли в фильме». Я вырос  в Инглвуде, который далек от стиля жизни среднего покупателя Лос-Анджелеса, так что я понимал, что придумываю дизайн не для себя. Я учился становиться покупателем. Это позволило мне создать более 500  разных дизайнов за свою карьеру.

Оттуда ты перешел в Nike и в Jordan. Уверен, это мечта каждого начинающего дизайнера кроссовок, но также и огромный стресс. Что бы ты посоветовал молодым ребятам, которые хотят внести вклад в развитие известного бренда?

Да, со старших классов я мечтал быть дизайнером в Nike, но я никогда не думал, что буду делать дизайн для Jordan! Майкл Джордан? Майкл Air Джордан! Даже будучи фанатом Lakers, я обожал его и его кроссовки настолько, что никогда даже и не мечтал, что когда-нибудь я буду над ними работать. Теперь, когда я об этом думаю, я вижу в этой истории ценный урок, о котором я рассказываю студентам. Этот урок — мечтайте без границ!

Только когда я пришел работать в Nike и работал этажом ниже Jordan, мне пришла в голову эта идея. Я помню, как пробирался на этаж Jordan, просто чтобы вдохнуть там воздух! Однажды меня попросили сделать дизайн для кроссовка Jordan, что привело меня к работе над кроссовками, которая, в свою очередь, привела меня на постоянное место в Jordan.

Через несколько месяцев я лично представил Майклу Джордану свой дизайн. Это был такой стресс! Майкл почувствовал, что я нервничаю, и, как на площадке, стал атаковать меня вопросами о дизайне. Я выпаливал ответы, потому что сам проводил свое исследование и был уверен в своей работе. Это еще один урок,  которому я учу своих студентов — «Никто не знает больше тебя о твоем дизайне. Что бы ни вдохновило вас на создание дизайна, вам нужно стать экспертом  в этом. В моем случае, вдохновением стала последняя  игрушка Майкла, Aston Martin Vanquish.

Можно гордиться тем, что ты прошел тест  Майкла. Если не считать этого, какой свой успех ты считаешь самым значительным? Какие-нибудь интересные истории? Давай, колись!

Честно говоря, я не думаю о своем успехе. Я верю, что когда ты ловишь волну, забываешь про еду и сон. Я не люблю говорить о том, чего я добился, потому что я сосредоточен на том, чтобы чему-то научиться и стать лучше, чем вчера. Думаю, мое определение  успеха — это постоянный прогресс.

Одна из моих любимых историй во время работы в Jordan — это когда я полетел в Лас-Вегас на несколько часов, чтобы доставить Рою Джонсу- младшему его кроссовки Jordan для бокса за день до легендарной схватки за титул чемпиона в тяжелом весе. Разрабатывать обувь для профессионального спортсмена — это невероятный опыт, потому что миллионы зрителей потом увидят твою работу по телевизору.

Но также это сильный стресс, ведь для боксера работа ногами — это ключ к победе. Так что я заявился к Рою в номер с двумя парами — одной для поединка, и другой, чтобы он оставил мне на ней автограф. Это была классная встреча, потому что кроссовки ему понравились, и я смог увидеть, как элитный спортсмен готовится к самому важномумоменту своей карьеры. Но Рой не похож на других спортсменов, он обладает непоколебимой уверенностью. Он даже подписал мою пару как «Новый чемпион в тяжелом весе».

Через несколько минут я понял, что мне пора уходить, чтобы успеть на рейс обратно в Портленд. Он спросил: «Ты куда?» Я ответил: «Мне надо успеть на самолет». Он сказал: «И ты не останешься посмотреть поединок?» Я ответил: «Нет, я приехал отдать тебе кроссовки». Он спросил: «Ты хочешь посмотреть поединок?» И на следующий день я смотрел, как он выигрывает титул чемпиона в тяжелом весе в кроссовках, которые сделал я.

Индустрия сильно изменилась с тех пор, когда ты начинал. Какое, на твой взгляд, изменение за последние несколько лет было наиболее значимым?

Дизайн и технологии продвинулись вперед, но я чувствую, что теряюсь перед задачей создания так называемой «искусственной истории». Некоторые компании прикладывают слишком много усилий, чтобы создать историю продукта для покупателей. Я знаю, что в этой индустрии я уже старожил, но я ценил то, что раньше кроссовки создавали с мыслью о том, чтобы помочь спортсмену показать лучший результат, а не о том, будут ли они смотреться с джинсами. Кажется, сегодня компании хотят, чтобы у модели была крутая «история», вместо того, чтобы сделать хороший дизайн.

Я мог бы еще многое рассказать, но вместо того, чтобы жаловаться, я решил основать школу, которая научит новое поколение дизайнеров уважать культуру и освоить мастерство дизайна, чтобы создавать хорошие кроссовки.

Мне нравится такая точка зрения. Похоже, у тебя была прекрасная мотивация для создания Pensole. Были ли у тебя другие причины считать, что такая школа необходима, и как ты перешел от роли дизайнера к роли учителя после ухода из Nike?

Подождите, подождите, не списывайте меня пока со счетов. Я еще не готов расстаться со званием дизайнера! Я бы сказал, я все еще дизайнер, который учится быть преподавателем. Мне кажется, звание дизайнера нужно заработать, а чтобы его сохранить, нужно постоянно совершенствоваться. То же самое я думаю о роли учителя, только вместо разработки продукта я делюсь знаниями, чтобы вдохновлять будущих лидеров.

После многих лет наставничества у студентов,  которые теперь являются дизайнерами Nike и Jordan, я постоянно вспоминаю про подарок, который мне сделал Роберт Гринберг, когда мне было 19. Желание потратить время на конкретного человека может оказать гораздо большее влияние на индустрию, чем просто создание новых моделей обуви. Модели приходят и уходят, но влияние на жизнь остается в памяти поколений. В одном из интервью меня спросили, какой из моделей за всю свою карьеру я больше всего горжусь. Я подумал об этом и понял, что если я чем-то и горжусь в своей карьере, то не моделью кроссовок. Я горжусь людьми, для которых был наставником. В этот момент я решил оставить эту индустрию более совершенной, чем в тот момент, когда я в нее вошел. Я решил уйти из Nike и создать свою школу дизайна обуви. Я назвал ее PENSOLE в честь инструмента, который сделал мою жизнь: карандаша (pencil).

Я читал, что PENSOLE похож на тренировочный лагерь. Речь идет об отжиманиях и подъеме в 6 утра?

Почти! Мы не просто обучаем дизайну. Мы преподаем простые жизненные уроки, такие как важность пунктуальности. Урок начинается в 9 утра, но в 8:45 все должны быть на месте, и за каждую минуту опоздания студент делает пять отжиманий. Мы делаем это, потому что в реальном мире за опоздание тебя могут уволить! Опоздание — это одна из больших ошибок, который люди совершают в жизни, и если ты студент PENSOLE, то я ожидаю от тебя большего, и работодатели тоже будут ожидать. Типичный учебный день длится от 12 до 14 часов, что помогает создать рабочий распорядок, который пригодится в реальном мире. Все студенты PENSOLE быстро учатся тому, что «дела важнее слов». Если бы мне пришлось обобщить обучение в PENSOLE, я бы сказал, что это мастер-класс, который готовит студентов к следующему шагу их карьеры дизайнера.

Дизайн обуви — это сложный набор навыков. Насколько всеохватывающим является список  предметов?

Да, это сложнее, чем многие думают. Это не так просто, как NIKEiD. В Pensole мы не «рисуем» обувь, мы «создаем дизайн» обуви. Мы учим студентов ответственности за каждый шов, поскольку я считаю, что когда дизайнер создает модель, он создает новый мир. Учитывая это, как можно позволить кому-то другому решать, как будет выглядеть твое творение?

Мы хотим, чтобы наши студенты понимали все аспекты создания дизайна обуви, от ее истории до

культуры, от языка до коммерческой и потребительской стороны дела. Мы также делаем акцент на такие профессиональные навыки как создание портфолио, персональный брендинг, тайм-менеджмент и сотрудничество.

2012 годы был для нас успешным годом, но у нас уже есть интересные планы на 2013 год и они приблизят нас к моей цели сделать PENSOLE ведущей школой дизайна в мире. Мы, например, собираемся добавить в список предметов итальянское обувное ремесло и разработку образцов. Некоторые наши планы включают участие журнала Sneaker Freaker в процессе — об этом мы объявим немного позже…

Мы будем ждать с нетерпением. Я уверен, наши читатели очень хотят кое-что узнать —

действительно ли курс в твоей школе может подготовить их для работы дизайнером?

Да, если они слушают, записывают и перечитывают эти записи после занятий. PENSOLE — это не волшебная школа, где из человека делают дизайнера.

Дизайн — как спорт или любое другое занятие, которому вы хотите обучиться и в котором нужно совершенствоваться.

Я бы сказал, что я стараюсь помочь молодым дизайнерам понять, что чтобы получить работу, нужны не только навыки. Ваш талант — это только четверть успеха, половина — это ваш образ мысли, и еще четверть — это ваша личность: этика работы, любопытство, драйв, личные качества, коммуникативные способности и другое.  У меня есть студенты, которые обучались в PENSOLE дважды или даже трижды. Я могу сказать, что большинство тех, кто приходит обучаться больше одного раза, уже работают профессионально, но я не хочу, чтобы люди приходили в PENSOLE с ожиданием того, что они сразу же найдут работу. Однако за чуть более чем два года больше 35 бывших выпускников PENSOLE начали работать в крупных компаниях типа Nike, Jordan, New Balance, Under Armor и adidas.

Такой грандиозный успех за такое короткое время еще раз убеждает меня в том, что PENSOLE влияет на обувную индустрию. Еще одно преимущество PENSOLE — это то, что все преподаватели, которые мне помогают, работают в тех же крупнейших компаниях. Это означает, что они могут научить, как получить работу, и ты учишься у тех, кем бы ты хотел стать.

А есть ли еще какие-нибудь места кроме PENSOLE, где ребята могут научиться таким вещам?

Нет. Есть потрясающие школы дизайна, которые обучают студентов на высоком уровне. Но я бы сказал, что у PENSOLE есть важное отличие — я показываю студентам реальный мир работы в крупной компании.

www.pensole.com

www.futureoffootwear.com

www.sfmag.ru

     Трудно поверить, что прошло 10 лет с тех пор, как Nike выпустили книгу «Sole Provider: 30 years of Nike Basketball». ( По случайному совпадению, в этот же год и месяц вышел первый номер журнала Sneaker Freaker, но это совсем другая история!)  Для тех, кто не читал эту великолепную книгу: это невероятная история Nike в баскетболе, рассказанная с помощью красивых фотографий и уличного слога известного журналиста ESPN Скупа Джексона. Затронув все аспекты, от продуманных маркетинговых схем до кроссовок на ногах игроков и субкультуры вокруг этого всего, Sole Provider помогла доказать, что Nike — это нечто большее, чем просто пара кроссовок. Недавно мне посчастливилось встретиться со Скупом и обсудить, как появилась на свет эта книга. Джексон не боялся менять приоритеты, называя Рэя Батса (креативного директора Nike по баскетболу) гением, стоящим за Sole Provider.

Как ты стал автором этой книги?

Мне позвонил Рэй Батс и сказал: «Мы подумываем создать такую книгу — 30 лет истории Nike в баскетболе». Я сказал: «Вот круто!» и давай выдавать ему все, что, по моему мнению, стоило включить в книгу. Люди всегда звонят мне, когда им нужны идеи, советы и прочее, и это забавно, потому что пока я говорил, Рэй молча слушал. После того, как я выговорился, Рэй сказал: «Я позвонил только узнать, хочешь ли ты взяться за книгу».

В тот момент я был на стороне adidas. Я никогда до этого не связывался с Nike. Поэтому для меня это стало большой неожиданностью. Они сказали: «Мы хотим, чтобы ты это сделал». Позже Рэй говорил: «Помнишь, как я позвонил тебе в первый раз, и ты начал вываливать на меня идеи? Я знал, что ты тот самый парень, который нам нужен».

Ты говоришь, что был на стороне adidas.  Сложно было писать книгу об истории Nike?

Мне было несложно, потому что я был единственным, кто не был в команде Nike. Я был предан adidas, но я прожил историю Nike со всеми своими ребятами. Я смотрел, как мой сводный брат Майк убил свою первую пару клееных Blazer. Он тогда сказал: «Да к черту этих Nike!» Я носил adidas Superstar, и они были сшиты. Когда пришло время рассказать про Blazer, это была первая история, потому что это произошло на моих глазах. Когда я разговаривал с дизайнерами Nike, они сказали, что кроссовки рвались, и это было проблемой. Это не был единичный случай. Когда они выпустили Ndestrukt и Legend, мой дружище Кевин сказал: «Да это же лучшие кроссовки за всю историю!», и он был на стороне Nike, так что мне приходилось это слушать. Когда пришло время рассказывать про Legend, я об этом вспомнил. Хотя я и не был фанатом Nike, люди вокруг меня были ими, так что у меня в голове были истории, потому что я прожил их с другими людьми.

Текст в книге полностью подходит к иллюстрациям. Как вы сработались?

Если вы просмотрите книгу, то увидите, что мой подход был почти соревновательным. Это было как олдскул Big Daddy Kane и Kool G Rap, которые никогда не соревновались, но всегда были в одном месте, в одно время, в одной студии, где старались превзойти друг друга. Вся моя философия заключалась в том, чтобы превзойти то, что Рэй делал визуально.

Мы создали большую часть книги в Сан-Франциско. Это была наша пещера Бэтмена — там мы делали книгу. Мы ездили в Сан-Франциско пять или шесть раз за все время, и проводили там по четыре-пять дней. Я наблюдал, как он работает над дизайном и версткой. Когда он сделал фото Blazer на норке, я подумал: «Вот это да!» Когда он показал мне эту фотографию, я знал, что это будет не просто снимок кроссовка — он сделает что-то безумное. И я думал: «Он сфотографировал кроссовок на норке! Как, черт возьми, я должен сделать снимок лучше?» Мы снимали модель за моделью, и я смотрел на его снимки — это были не просто четкие снимки, иногда он не фокусировал объектив. Рэй гений. Я понял, что связался с гением. Ты не увидишь того, что видит он. Я не смог бы «увидеть» идею вывалять в грязи Air Force 1, чтобы представить Рашида Уолласа.

Как можно концептуально прийти к мысли «Я погружу Flightposite в воду и сделаю фотографию»?

А Hyperflight с пятнами краски? И он как будто не придумывал все это по ходу работы, он знал. Когда ты работаешь с таким гением, это поражает. Все снимки были полноценными иллюстрациями с освещением и прочим. Он знал ту историю, которую он хотел рассказать каждым снимком, и снимки рассказывали эти истории. Это его проект. Он так и не признал всей важности своего участиям в нем. Я думаю, мои заслуги здорово переоценили. Это была его концепция. Я просто старался соответствовать тому, что он делал. Он заставлял меня писать. Я не вру, он действительно заставлял меня писать. Как там говорят? — «Отношение отражает лидерство».  Так и есть, я думаю, что поведение тоже отражает лидерство. Рэй — это вам не шутки.

Я уверен, что твое восприятие Nike изменилось, не так ли?

Да, без сомнений, и я отдаю должное Nike. Первое и самое важное, что мне сказал Фил Найт, что «это не обувная компания, это маркетинговая компания». Это изменило все мое восприятие. Когда ты приходишь в офис и видишь все эти маркетинговые награды, которые они получили, это подтверждает, что они действительно маркетинговая компания, которая отлично делает спортивные вещи. Они не срезают углы, они действительно внедряют новейшие технологии для развития культуры спорта. Поэтому они тратят так много денег на определенные проекты, которые или имеют успех, или терпят поражение. С технической точки зрения этого, возможно, не стала бы делать ни одна другая компания. А они инвестируют в это, потому что хотят продвигать культуру спорта. Но в итоге они все равно считают себя маркетинговой компанией, потому что продают вещи.

Они не выпускают линейки продуктов класса премиум под своим брендом, хотя могли бы. Они не ведут себя как художник, который думает «Я на волне успеха, я могу наделать всякой ерунды, и люди все равно это купят». Они покрывают 80 процентов рынка баскетбольных товаров, что касается кроссовок, но при этом ведут себя, как будто это 10 процентов. Я услышал все это прямо от Фила Найта, и это полностью перевернуло мое представление о компании.

Каким доступом к информации ты обладал?

Они сказали: «Если ты возьмешься писать Sole Provider, мы не будем кормить тебя всякими байками, мы дадим тебе всю информацию о компании, от А до Я». Я чувствовал себя как спортсмен, как Коби Брайант. Я уверен, ко мне относились так же как к нему, если не лучше. Это было нескончаемое блаженство. Даже после того, как я согласился, они делали для меня такие вещи, которых я не ожидал.

Они знали, что я все еще чувствовал себя немного стесненно, поэтому попросили меня тестировать продукты. Так что я играл с мячом и рассказывал им об ощущениях.

Однажды мы были в Лос-Анджелесе, и книге было уже полтора года. Я не мог вселиться в свой номер и не мог понять, почему. Номера для всех остальных были готовы, а мой — нет. Потом они сказали: «Господин Джексон, нам пришлось поменять ваш номер, извините за неудобство. Если вы не возражаете, мы поселим вас в люкс». Прошло уже пару часов, поэтому мне уже было все равно.  Я вошел в свой номер, а эти чудаки разложили 19 пар кроссовок по всему номеру как пасхальные яйца.  А я подумал: «Как же это всё потащу в Чикаго?» Я не знаю другой компании, которая бы делала такое, а они делали это для меня. Я работал там четыре года, и это было потрясающе, просто потрясающе.

Как на тебя повлияла книга?

Я думаю, она наделила меня определенным литературным весом в мире и культуре кроссовок. Вряд ли без нее я бы смог достичь такого уровня. Она как будто утвердила мой голос в этой области. Работа в журналах в течение такого долгого времени, как в моем случае, помогает тебе понять одну вещь — журналы это бросовый тип литературы.

Газеты — тоже, в какой-то степени. Но журналы  в особенности, потому что они специализированы. Книги тебя утверждают. Это как сравнивать работу на телевидении со съемками в кино. Как только ты пришел в кино, это утверждает то, что ты делаешь, потому что ты действительно способен сниматься в кино. Я думаю, именно этим для меня стала книга Sole Provider.

В истории Nike было так много великолепных рекламных кампаний, какая из них лучшая, по  твоему мнению?

Для меня гениальными были рекламы Barbershop, потому что в них была честность и ощущение причастности, они не казались постановочными. Мне бы хотелось быть частью этой рекламной кампании. Мне многие рекламные кампании приходят в голову, но с коммерческой точки зрения, и мне нелегко в этом признаться, рекламная компания Revolution была мощной. Тут было все — новая эра обработки и использования музыки для продажи продукта на новом уровне. Общий масштаб кампании, использование музыки Beatles и представление ее как части проекта — это было сильно.

Но моя самая любимая реклама — реклама Джона Макенроя. Кожаная куртка, джинсы, эти небесно-голубые низкие теннисные  Blazer и теннисная ракетка в руке — он выглядел крепким как скала. Это был Макенрой и Нью-Йорк. До сих пор для меня — это всё. Эта действительно крутая реклама!

У тебя была возможность сесть и поразмышлять над Sole Provider с момента публикации?  Когда ты об этом упомянул, я подумал: «А ведь прошло 10 лет». У меня не было времени сесть, расслабиться и взглянуть в прошлое. Если бы со мной не было Рэя, у меня бы ничего не вышло. В этой книге моё — только слова да имя на обложке. Я понимаю, что на самом деле это не мой проект. Это видение Рэя, его детище, а я просто поработал инструментом. Даже сейчас, спустя 10 лет, я не могу раздумывать об этой книге без Рэя. Книга была опубликована в ноябре 2002, так что она когда-то устареет, и кому-то придется совершить еще одно путешествие. Просто чтобы отчитаться за очередные 10 лет.

Sole Provider 10 лет. Интервью Рэя Батса.

Скуп Джексон дал голос Sole Provider, а Рэй Батс дал книге лицо и все внутренние органы. Рэй нашел и создал набор изображений, который сделал Sole Provider настоящей капсулой времени. Обозревая дизайн бренда через все развивающиеся рынки Nike, он рассказал о своей ответственности за баскетбольный брендинг Nike и о том, как родилась книга Sole Provider.

Где ты откопал такие идеи для снимков кроссовок?

Мы хотели подразнить всех идеей этой книги на игре All-Star в 2001 году, поэтому решили использовать 12 лучших баскетбольных кроссовок Nike на тот момент. Некоторые из этих кроссовок были представлены так же, как и в книге. Flightposite был погружен под воду, а Jason Kidd Air Zoom Flight был показан как насекомое. Мы хотели выйти на новый уровень в деталях и в истории создания кроссовок.

Было несколько моделей, которые, по нашему мнению, сыграли судьбоносную роль в истории баскетбола, и к ним следовало относиться бережно. Большая часть идей пришла ко мне тогда, когда я старался просто по-другому взглянуть на продукт.

Некоторые кроссовки вызывают ассоциации, например, Flightposite напоминают какую-то подводную змею. Так получилось с этой моделью. Shox BB4 мы снимали в завернутом черном материале. Hypefl ight я окунул в каску, потому что мне казалось, что их цвета настолько потрясающие, словно это жидкость, которую заключили в форму кроссовка.

Много внимания уделено Air Force 1. Насколько важна эта модель для тебя лично?

Я всегда считал, что Air Force 1 — это нечно большее, чем баскетбол. Мне казалось, они как попзвезда, они ярче ребят, которые их носят, ярче самой игры. Эта модель — живая легенда, я и по сей день не изменил своего к ней отношения. Это интересно, потому что мы кое-что готовим к 30-летней годовщине, и я говорю молодым ребятам, которые над этим работают: «Вы должны относиться к этому как чему-то, что важнее всех вас в этой комнате. Я знаю, что   у вас есть лучшие игроки, звезды и тренд-сеттеры по всему миру, но эти кроссовки не только старше их, они важнее некоторых из них».

Было ли с креативной точки зрения что-то, что пришлось опустить?

Вам Скуп сказал меня об этом спросить, да? Это забавно, потому что Скуп постоянно говорил мне, что напишет еще одну книгу, в которой будет все то, что не вошло в Sole Provider. Я ему говорил: «Парень, меня же уволят!»

Ты работал над огромным количеством проектов и кампаний. Есть ли у тебя любимые?

Я все еще считаю, что рекламная кампания Freestyle была лучшим моментом баскетбольной истории благодаря слиянию поп-культуры и баскетбола. Я стоял  практически за каждым из рекламных снимков кампании. Удивительно наблюдать, как профессиональные атлеты общаются с уличными игроками. Я думаю, это очень круто!

Что касается событий, для себя я выделяю два.

Одно из них — это Battlegrounds. Это было невероятное ощущение — видеть, как в это вовлечен весь мир. Мы со Скупом об этом разговаривали, работали над этим несколько месяцев и потом наблюдали за этим. Я помню, как мы с ним стояли на стадионе в Париже. Игра была такая напряженная, как будто мы были в Чикаго или в Нью-Йорке. Это было потрясающее чувство.

Другой момент — это Международный баскетбольный фестиваль 2010 года в Нью-Йорке. Это был очень трогательный для меня момент, поскольку это был мой последний баскетбольный проект.

Последнее  — это судьбоносный для меня момент в баскетболе, открытие магазина House of Hoops в Гарлеме. Я был одним из главных его дизайнеров, но начали мы это обсуждать еще 10 лет назад. Я стоял там в день открытия со слезами на глазах.  Мы так давно это задумали, и так долго это все было на бумаге. Наблюдать за открытием и принимать  помощь людей, которые пришли на мероприятие — это было невероятно.

Как ты думаешь, когда нужно будет начинать работать над вторым изданием Sole Provider?

Думаю, мы протянем еще пару лет без книги, но может быть, в течение следующих пяти лет произойдут такие кардинальные изменения, которые просто необходимо будет описать. Кроссовки становятся легче, и при производстве используются совершенно новые материалы. Мне кажется, эти факторы подскажут нам момент, когда нужна будет новая книга. В следующие пять лет мы увидим уникальное развитие дизайнерских идей. И эту историю нужно будет рассказать!

Журнал: Sneaker Freaker. Текст: Кристофер Кейсон. Все авторские права защищены. Ссылка на материал обязательна.

настало время повернуть часы вспять, прямо как в фильме «Осторожно, двери закрываются», и ответить на вопрос —
что было бы, если бы Майк не полюбил Nike?

1984 год.  Дела в Бивертоне идут не лучшим об-разом. «Свош» пошатнулся после прошлогоднего уменьшения прибыли. Бренд, который раньше обожали любители пробежек, таял на глазах. Товары для игры в спортзале были основным сегментом, однако, продажи сокращались, особенно это касалось баскетбола. Цены на акции падали, и Уолл-Стрит давал советы незадачливым акционерам Nike в духе знакомого слогана — «Просто продайте их!» Теперь рулили Reebok с их белоснежными кожаным Фристайлами.

Nike необходимо было найти новую фишку. У коллеги Nike, гуру Сонни Ваккаро появляется идея. Прирожденный предприниматель и баскетбольный промоутер с безупречной репутацией, Ваккаро заметил молодого Майкла Джордана, который начал выбиваться в первые ряды. Ваккаро был уверен, что этот парень многого добьется и предложил Nike сделать ставку из серии «всё или ничего» на этого пружинистого новичка. Вместо тог чтобы сотрудничать с различными игроками NBA, они делают ставки на одного, избранного. И это выглядело привлекательным.

Они раскрутят Джордана, как бренд с собственными правами, а также запустят его линию кроссовок. Все сошлись на мысли, что это блестящий план, который может изменить ситуацию в сфере спортивной торговли.
Все, кроме Майкла. Накануне предсезона игр NBA в октябре Майкл Джордан ошеломил Фила Найта и …подписал договор с adidas. Вся команда Северной Каролины Tar Heels могла быть за Converse, но Джордан был предан трилистнику adidas. Ему нравились эти полоски и особая пропитка кожи кроссовок. Конечно, взгляды на мир Nike шире, и денег предлагают не меньше, но adidas поднял своё последнее предложение так, чтобы вундеркинд из Буллс чувствовал, что его чествуют. Сделка состоялась.

Nike пошли обходным путем, и сделали ставку на взрывной атлетизм Хакима Оладжувона. Надвигавшийся сезон NBA 1984-85, казалось, будет настоящей схваткой за превосходство в игре и брендах. В то же время Nike крайне аккуратно пытаются найти подход к их новому звездному контракту. Джордан настаивает на выпуске своей модели кроссовок, но на её разработку уже нет времени. К тому же зачем вкладывать средства в модель обуви ненадежного новичка, когда он может просто носить новые Forum Hi, самые продвинутые и дорогие кроссовки для баскетбола, которые когда-либо были выпущены? В розничной продаже Forum Hi стоили всего 99.99$, поэтому они быстро приобрели популярность. Блистательный дебют Джордана резко повышает спрос на данную модель. Форумсы, или «Джорданы», как их вскоре стали называть, стали самой заметной обувью на улицах Чикаго и Нью-Йорка.

Nike Air Hakeem, напротив, становятся товаром для аутлетов. Модель, средняя между Слэм-Данк и Терминатором, плохо сидит на ноге. Хоть кроссовок и был безобиден, его красно-желтая расцветка вызывала массу нареканий. Впоследствии известные как «Рональдсы», первые кроссовки Air Hakeem имели дурную славу клоунских ботинок. Они были совершенно ничтожны по сравнению с роскошными Forum Hi, с безупречными белоснежными деталями и классическими красно-синими акцентами.

Когда Джордан стал единственным новичком, выбранным в игру All Star, все начинают сходить с ума, потому что Майкл одет в специальный релиз с умопомрачительными красными и черными полосами. Отстраненный от игры комиссаром NBA за слишком крутой внешний вид, Джордан сделал ограниченную серию All Star Jordan объектом желания всех улиц. Ночные очереди в магазинах Foot Locker в 14 городах — о таком никогда не слышали ранее. К несчастью, пухлый полицейский торгового центра начал задыхаться, когда увидел такую толпу в спортивном магазине во Флориде.
Позднее выяснилось, что он подавился пончиком, но это первый несчастный случай, имеющий отношение к шумихе вокруг кроссовок и попавший на обложку Sports Illustrated. В следующем году Nike попытались дать сдачи второй именной моделью Оладжувона. В радикальной попытке усовершенствовать Forum Hi и их крестовую систему поддержки лодыжки, дизайнеры добавили огромную застежку-липучку вокруг шнурков. Air Hakeezy получились большими и громоздкими для лучшей амортизации.
Nike утверждали, что модель опередила свое время. К несчастью для них, так и был Все еще купаясь в лучах своего сильного выступления на Олимпийских играх в Лос-Анджелесе. Nike срочно нуждались в новых успехах. К несчастью, продажи не подавали признаков жизни, а сокращения персонала и урезание бюджета плохо поддерживают командный дух.
Одним из тех, кому пришлось уйти, стал архитектор-дизайнер по имени Тинкер, который, по слухам, работал над безумной моделью бегового кроссовка с пяткой Air размером с дирижабль Гинденбург.

Хэтфилд, расстроенный растущим консерватизмом компании, в угоду нервничающим инвесторам, уезжает жить в город Моаб, Юта. На последнюю зарплату он покупает прекрасный диван из страусиной кожи, на который он уже давно положил глаз.
К 1986 году adidas сделал Нью-Йорк своей цитаделью. Джордан-мания растет, а Патрик Юинг, великая надежда Knicks возвращает adidas обратно в Garden. Run DMC звучит из каждого холодильника, а три белых ади-парня из Бруклина выносят хип-хоп на мировую поп-сцену. Трилистник становится таким же символом молодой культуры, как знак мира в 60-е. Еще можно кое-где увидеть пары Nike, ходят даже слухи, что старый аптаун может вернуться, но настоящие сникерхэды про Nike стали забывать.

Теперь все крутится вокруг Strider, Centennial, Concord, Forum, Decade и, конечно, Shelltoe. Перемотаем пленку на 1991 год — Джордан завоевал первую корону NBA, утвердив статус adidas на вершине айсберга обувной индустрии. Бренд владеет баскетболом так же, как и футболом. У Nike все еще есть Оладжувон, и его подвиги на площадке регулярно возвращают Nike их минуту славы, но он не Майкл. Нигерийская звезда не может противостоять харизме Джордана и его невероятным талантом делать невозможное. Неважно, что на нем: бархатный костюм-парашют с трилистником или одна из его любимых футболок adidas с поношенными джинсами — Майкл, посланник бренда, всегда на высоте.

Nike на шаг позади со звездными контрактами после выпуска тусклой линии Air Hakeem, однако остается на плаву благодаря двум самым ярким звездам 90-х. Бренд, у которого были в арсенале Илие Настасе и Джон Макенрой, восстанавливает хулиганский имидж благодаря гениальности Чарльза Баркли и огромному новичку из Луизианы по имени Шакил.

Получая привлекательные предложения от Reebok, Шакил все-таки подписывает контракт с Nike после их обещания заключить договор на выпуск четырех альбомов с Def Jam, включая дуэт с его любимой Мэраей Кэри. Пневматические Air Shaq от Nike вызывают шум, когда их надевает Вуди Харрельсон в фильме ‘White Men Don’t Pump’, в то время как улицы это замечают и отдают должное возрожденной франшизе Force Баркли.
И Шакил, и сэр Чарльз приносят на корт всю свою харизму, но этого не достаточно, чтобы бросить тень на всеамериканское величие Майкла. Надежды Баркли появиться на коробке Wheaties растаяли после того, как он, по слухам, плюнул в восьмилетнюю девочку, сидевшую возле площадки во время игры против Nets.

Прямо на пике своего успеха Джордан выкидывает свой самый гениальный фортель — он уходит из спорта и уезжает во Францию, где учится говорить по-французски и печь блинчики. О его уходе говорит весь спортивный мир. Оладжувон наконец-то выигрывает на площадке, но это пустые победы, а его достижения навеки отмечены отсутствием Джордана.
Когда Майкл наконец возвращается, у adidas уже готова для него новенькая линия ‘Heat You Wear’. Гигантские резиновые наросты на кроссовке MJ32 в форме пузыря немного необычны, но это неважно — Майкл Джордан вернулся! И у волшебника наконец-то появился ученик по имени Кобе, который должен продолжить династию Трилистника.

Вернемся к реальности. Сейчас 2013 год и Nike — подминающий всё под себя тяжеловес. Эта немного претенциозная альтернативная история, возможно, недооценивает умение Nike впечатывать спортсменов в массовое воображение с помощью своего экспериментального маркетинга. Nike относился к Джордану как к королевской особе спортивного мира и создал его продуктам такой образ, какой не смог бы создать ни один другой бренд. Но, в конце концов, все зависит от величия одного человека. Майкла Джордана не сделаешь на фабрике.

Джордан спокойно сделал невозможное возможным, как никто до или после него. Даже если бы он носил adidas, он все равно был бы лучшим. Кто знает, если бы он переметнулся к adi, возможно, сейчас мы бы все говорили ‘It’s gotta be the Stripes!’.
Журнал SNEAKER FREAKER, текст ЭНТОНИ КОСТА, фото ДЖЕЙМС РОДЖЕРС

Поэтому, когда ей исполнилось 19 лет и Верена решила получить профессию в области делопроизводства, она очень быстро поняла, что меньше всего в жизни ей хочется перебирать бумаги в офисе.  Чуть раньше, в 2007 году, она начала подрабатывать в магазине, продающем художественные изделия ручной работы. Эта работа подарила ей множество новых идей и дала вдохновенье.

В 2010 году Верена за 3 недели создала свой первый коллаж, для того, чтобы принять участие в первой в своей жизни выставке, и с тех пор приняла участие во многих престижных, больших и маленьких выставках, таких как Urban Media Festival в Кёльне или выставка в магазине граффити yard 5 в Берлине и добилась успеха и признания.

Коллажи Верены сделаны из бумаги, блесток, шнурков, страз, все это клеится на готовые бумаж-ные основы. Основной и самый любимый мотив коллажей – кроссовки, да и в повседневной жизни Верена предпочитает носить именно эту обувь, хотя не имеет ничего против и туфелек на высоком каблуке. С 2013 года Верена работает в фото-агентстве, мечтает о защите диплома по теме инвестиций в кроссовки и коллекционирования.

3 verena6

3 verena4

3 verena3

3 verena2

3 verena

Мы уверены, что обаятельную и талантливую художницу из Кёльна ждет большое будущее, и мы еще не раз расскажем нашим читателям о её работах. И, в завершение нашего небольшого рассказа, благодарим Верену за коллаж, предоставленный для обложки №9  номера журнала Sneaker Freaker!

www.cojicy-gedankenwelten.blogspot.de